Пандемия позволила неплохо заработать алкогольным компаниям: из-за ограничений у россиян появилась новая привычка запасаться алкоголем впрок. В результате продажи у многих компаний за прошлый год были рекордными, в том числе у Beluga Group. Рост продаж компании продолжился и в первом полугодии 2021 г., несмотря на высокую базу: чистая выручка в сравнении с январем – июнем прошлого года увеличилась на 20% (см. график), чистая прибыль – в 2,5 раза до 1,1 млрд. Несмотря на то что в России не разрешена доставка спиртных напитков «до порога», Beluga Group делает серьезную ставку на электронную коммерцию. Даже при необходимости забирать онлайн-заказ из магазина (по системе Click & Collect) это направление быстро развивается, говорит владелец Beluga Group Александр Мечетин. Главное – чтобы было много пунктов выдачи заказов. В том числе и поэтому он планирует увеличить более чем втрое – до 2500 магазинов – собственную розничную сеть «Винлаб».

Еще Beluga Group меняет некоторые приоритеты в стратегии. Но не в связи с пандемией, поворот произошел еще до ее начала, и причина кроется в новых тенденциях потребления. Рынок водки, с которой ассоциируется компания, продолжает стагнировать, поскольку россияне, особенно молодое поколение, все чаще предпочитают ей вина, виски или ром. Компания занялась виноделием, а также собирается разработать рецептуру российского виски. Хотя водка, конечно, не забыта. Продажи флагманского водочного бренда Beluga растут в России и в мире. Мечетин надеется, что через 1,5–2,5 года водка Beluga попадет в авторитетный международный рейтинг журнала Drinks International. Сейчас в него входят три других бренда компании – «Беленькая», «Архангельская» и «Царь».

– Beluga Group недавно провела SPO, в ходе которого привлекла 5,6 млрд руб. Размещение прошло по нижней границе ранее объявленного диапазона. Вас не разочаровала такая оценка?

– Чтобы ответить на этот вопрос, напомню о целях нашего SPO. Во-первых, мы собирались повысить ликвидность через повышение free-float. В последнее время мы видели устойчивый интерес к нашим акциям, однако недостаточное их количество на бирже приводило к высокой волатильности цены. До SPO чуть более 10% акций у нас торговалось на бирже. Основная часть была сосредоточена у якорных инвесторов – крупных фондов, которые на бирже не торговали. А в свободной торговле фактически было всего 2–3%. Чтобы создать действительно рыночные акции, нужно было увеличить free-float. Эта цель, на мой взгляд, достигнута.

Акции перераспределились между физическими лицами и институциональными инвесторами в достаточно хорошей пропорции. Мы получили пул качественных инвесторов, основная часть которых – институциональные. Кроме того, в капитал зашли и крупные фонды, такие как, например, BlackRock. Увеличилось и число физических лиц, которые активно торгуют, что позволяет увеличить ликвидность.

Источник: vedomosti.ru