Контекст, в котором Джо Байден произнес фразу о «Путине-убийце», позволял если не отыграть, то смягчить реакцию, объяснив высказывание медийной ловушкой, размытостью вопроса или невысоким статусом беседы. Но случилось обратное: высказывание обрело предельную жесткость. Игнорировать его теперь невозможно, оно обязательно будет опосредовать любую дальнейшую коммуникацию с американской стороной. Персонализация всегда воспринимается острее, чем размытая критика государства.

Ситуация крайне нетипичная, как реагировать – непонятно, однако реакция требуется и внешней, и внутренней аудитории. Спонтанные выступления депутатов Госдумы в стиле «Байден – параноик, сраженный деменцией» выглядят зачетным порывом, но уверенности, что их услышит другая сторона, недостает. А без этого принцип политического мачизма ставится под сомнение.

Источник: vedomosti.ru