Вопросец о вербовании к ответственности за экстремизм и возбуждение вражды в вебе уже много дискуссировался, но любой новейший вариант вызывает еще одну дискуссию на завышенных тонах. В январе такие споры спровоцировало заключение под стражу оператора ФБК Павла Зеленского – дескать, «он никого не трогал, не травил, не лупил, не грабил, а просто написал два твита с критикой политики Путина и приглашением к ее дискуссии». На самом деле в твитах Зеленского я как юрист вижу призывы не только лишь к силовой экзекуции с властью совершенно, да и призыв к репрессиям по отношению к определенным ее представителям. В итоге полностью, на мой взор, разумно, что против него и возбудили дело о призывах к экстремизму (ч. 2 ст. 280 УК РФ).

Всераспространено мировоззрение, что наказание типо за «мысли в вебе» является чуток ли не эксклюзивным изобретением Кремля для экзекуции с политическими оппонентами. Это не так. Наиболее того, практика борьбы с ненавистью поначалу «вживую», а позже и в сети была в определенном смысле навязана Рф интернациональным обществом в рамках сверхмасштабной кампании борьбы против так именуемых hate speech и hate crime (выражения и злодеяния, связанные с разжиганием ненависти).

Источник: vedomosti.ru