От гигантского газохимического комплекса в Усть-Луге до школы в Якутии, от танкеров ледового класса до автобусов в Твери. Диапазон деятельности государственной корпорации развития ВЭБ.РФ, которая только в 2020 г. профинансировала проекты на 1 трлн руб., чрезвычайно широк, а после передачи под ее управление 11 институтов развития станет еще шире. Почему было важно перестать ощущать себя банкирами, как помочь росту экономики и повышению качества жизни в России, первый заместитель председателя ВЭБ.РФ – член правления Николай Цехомский рассказал в интервью «Ведомости&».

– 1 июля 2020 г. правительство должно утвердить стратегию объединенной группы ВЭБ.РФ. Какой станет корпорация в результате реформы?

– Мы продолжим поддерживать крупные инфраструктурные проекты, важнейшими для нас останутся промышленные проекты, связанные с высоким переделом и экспортом. Три года назад мы занялись городской экономикой. Все эти направления пересекаются с задачами, поставленными президентом [Владимиром Путиным в 2021 г.]: в центре проектов должен быть человек и его качество жизни. А на людей больше всего влияет то, что их непосредственно окружает: транспорт, здравоохранение, образование, электроэнергетика, ЖКХ.

Важное и новое направление для России – туризм, который долгое время оставался на задворках. Пандемия показала актуальность отрасли. Туризм не только напрямую влияет на качество жизни людей, это в том числе экспортный продукт, способный повысить привлекательность России для иностранных туристов. Мы активно смотрим на такие проекты в последние три года. Они сложные, не такие масштабные, как, например, проекты в газохимической промышленности, но они ближе к людям.

На новом витке развития экономики нужны новые переделы, новые технологии и новые проекты. Наша задача – участие в перезапуске инвестиционного цикла, привлечение частных инвесторов и коммерческих банков в проекты по новым приоритетным направлениям.

– Каким, например?

– Правительство поставило перед нами задачу посмотреть на новые отрасли, в которых Россия может занять ведущую роль с учетом накопленного в стране научного потенциала. Это все, что связано с цифровизацией – промышленности, городской экономики, транспорта. Безусловно, важны новые материалы и новые технологии в связи, в энергетике, в том числе в водородной. Это направления, в которых страна может конкурировать на мировом уровне.

Николай Цехомский

Первый заместитель председателя – член правления ВЭБ.РФ

Родился в 1974 г. в Ленинграде. Окончил Санкт-Петербургскую государственную инженерно-экономическую академию по специальности «менеджмент, экономика и управление в машиностроении», кандидат экономических наук.
Работал в Ernst & Young, Brunswick UBS Warburg, занимал различные позиции в топ-менеджменте группы «Ренессанс капитал», МТС, ВТБ, «Барклайс банка» и Сбербанка.
С февраля 2016 г. занимает должность первого заместителя председателя – члена правления ВЭБ.РФ.

– Как этому поможет реформа институтов развития?

– В результате реформы ВЭБ.РФ станет координатором 11 институтов развития. В том числе это группа Российского экспортного центра, Корпорация малого и среднего предпринимательства, а также инновационные институты – «Сколково», «Роснано», Фонд развития промышленности, Агентство технологического развития и др. Для новой структуры необходима новая стратегия, которая позволит не только координировать их деятельность, но и рассмотреть варианты интеграции процессов, унификации систем, упрощения подходов. Приведу пример такой интеграции. Инновационная компания проходит разные фазы развития. На первом этапе ей нужна грантовая поддержка, на втором, возможно, стартовый капитал, на стадии коммерциализации – кредит, а когда она, например, станет осуществлять экспортную деятельность, нужна будет поддержка экспортного агентства или экспортного страховщика. Теперь мы можем стать для нее поддержкой на каждом этапе. Это своего рода система одного окна, клиенту – компании или предпринимателю – не нужно будет искать по всему рынку источник поддержки. Сегодня мы говорим о клиентоцентричности, где клиент находится в центре, а институты развития – вокруг.

– Перешедшие под ваше управление институты развития сохранят самостоятельность?

– Будет зависеть от целесообразности этого. Мы рассматриваем разные партнерские модели. Для большинства институтов развития самостоятельность сохранится, но появятся новые возможности для реализации более амбициозных проектов в группе ВЭБ. По ряду институтов развития для повышения эффективности и операционной синергии функции будут переданы ВЭБу. Например, задача развития Дальнего Востока не ликвидируется, но теперь этим будет заниматься не Фонд развития Дальнего Востока, а ВЭБ.РФ.

– В этом году ВЭБ.РФ планирует выделить для поддержки экономики 850 млрд руб., раньше было в среднем 300 млрд руб. в год. За счет чего растет финансирование?

– За последние три года мы предоставили для финансирования проектов примерно 1,7 трлн руб., в том числе в 2020 г. в условиях пандемии – более 1 трлн руб., включая антикризисные поручительства коммерческим банкам. В плане на 2021 г. поддержать проекты на сумму не менее 850 млрд руб., но я уже вижу, что сумма финансирования превысит 1 трлн руб. Это связано с тем, что нам доверяют и наши продукты становятся все более актуальными для наших партнеров. Хочу отметить, что за последние три года мы одобрили участие в финансировании проектов общей стоимостью 8,4 трлн руб., а доля ВЭБа в них – 2,4 трлн. Здесь есть большой мультипликативный эффект, из-за того что мы всегда берем в партнеры не только компанию-инвестора, но и коммерческие банки. В среднем на 1 руб. ВЭБ.РФ наши партнеры инвестируют в проект еще 3 руб.

– Для банков такое партнерство выгодно?

– Мы очень комфортный партнер для банков, потому что не пытаемся с ними конкурировать. Мы участвуем в тех проектах, где можем помочь и инвестору, и коммерческим банкам: снизить риски проекта или сделать его более привлекательным с точки зрения наличия в нем капитала, подключить государственную поддержку и т. д. Мы всегда берем чуть больше риска [чем коммерческие банки] и тем самым улучшаем структуру сделки. От этого выигрывают все: и инвестор, и банки-партнеры. Возможно, норма рентабельности у последних чуть снижается, но с ней снижается и риск. Инвестор со своей стороны получает финансирование на более выгодных условиях. И это не говоря о том, что Фабрика проектного финансирования – единственный механизм, который позволяет предоставлять (подробнее см. кейсы) длинные рублевые кредиты на срок до 20 лет. Фабрика – это продукт ВЭБа, но сейчас она стала основным продуктом в области синдицированного кредитования, который коммерческие банки сами предлагают своим клиентам!

Все мои сотрудники – бывшие работники коммерческих банков. Им было сложно перестроиться и осознать, что мы не конкурируем с коммерческими банками, но, мне кажется, мы успешно решили эту задачу. Прибыль для нас не главное. Приведу пример. Мы очень гордились своим транспортным проектом в Твери – заменой 438 единиц автобусного парка. Проект знаковый в городской экономике. Замена подвижного состава была только частью масштабной транспортной реформы. Новая транспортная модель «Транспорт Верхневолжья» одержала победу в номинации «Лучшее решение в области пассажирского транспорта» премии «Формула движения», которая ежегодно проводится в рамках Транспортной недели. Но пришло время, и мы цессировали (уступили по договору цессии. – «Ведомости&») весь кредитный портфель проекта в пользу коммерческого банка. Мы готовы поддерживать проекты на высокорисковой стадии – на инвестиционной, доводить их до операционной фазы и после выходить из них, чтобы потом реинвестировать полученные деньги в новые проекты. Это самое важное наше отличие: традиционный коммерческий банкир держится за хороший кредит до его погашения, для ВЭБ.РФ важно максимальное количество новых успешных запущенных проектов.

Важным знаком успеха и доверия партнеров считаю тот факт, что в 2020 г. мы заняли 1-е место в рэнкинге организаторов синдицированного кредитования информационного агентства CBonds.

– Реформа затронула и Фабрику проектного финансирования, в мае вышло новое постановление правительства. Что изменилось?

– Принятые изменения упрощают и улучшают работу Фабрики проектного финансирования. В частности, механизм не работал с другими мерами господдержки. Сейчас в одном проекте можно использовать и поддержку фабрики, и, например, корпоративные программы повышения конкурентоспособности, по которым предоставляются льготные кредиты. Для направления развития городской экономики теперь есть возможность в рамках программы объединить несколько проектов одного инициатора. Например, инвестор хочет построить несколько отелей или поликлиник в разных регионах. Каждый отдельный проект может быть дешевле минимального для фабрики порога в 3 млрд руб., но теперь их можно объединить и получить финансирование. Раньше такие проекты в основном реализовывались в формате государственно-частного партнерства (ГЧП) и концессии.

Также смягчились требования к инициатору проекта. Теперь инвестор после выхода проекта на операционную фазу может снизить долю собственных средств с 20 до 10% при согласии банков-кредиторов.

– Можете ли назвать самые показательные проекты, реализованные с помощью ВЭБ.РФ?

– Мы начали с традиционной для нас химической отрасли. Фабрика, например, помогла компании «Куйбышевазот» профинансировать строительство установки по производству серной кислоты и улучшенного олеума в Тольятти. Этот проект был очень успешным, компания закончила инвестиционную фазу на семь месяцев раньше плана, а несколько месяцев назад мы торжественно открыли производство. Из законченных инфраструктурных проектов могу назвать порт Ванино на Дальнем Востоке. В цифровой сфере мы финансировали создание оператора единой национальной системы цифровой маркировки и прослеживаемости товаров «Честный знак».

Если говорить о крупнейших проектах в портфеле ВЭБ.РФ, то нельзя обойти вниманием такие проекты, как создание комплекса по переработке этансодержащего газа в Усть-Луге, освоение Удоканского месторождения меди, строительство 15 танкеров-газовозов на верфи «Звезда». (Подробнее см. «Что делать, если нужны большие деньги для больших идей».)

Среди проектов, где ВЭБ.РФ участвовал относительно небольшой суммой, но при этом обеспечил возможность привлечения финансирования от банков-кредиторов, могу выделить строительство 4-го участка ЦКАД, московской областной кольцевой дороги.

– У вас есть проект строительства школ совместно с компанией «Просвещение». Какова в нем роль ВЭБ.РФ?

– Здесь у нас несколько ролей. Проект направлен на создание новых школьных мест к 2024 г. По поручению президента правительство и ВЭБ являются ответственными организаторами программы строительства новых школ по модели ГЧП. Это важная социальная задача и сложный организационный проект. На стадии создания программы ВЭБ принимал участие в разработке правил поддержки проектов со стороны федерального бюджета, сейчас мы завершаем сделку по участию и финансовой поддержке федерального оператора проекта, созданного ГК «Просвещение» и определенного решением правительства.

– Вы упоминали, что прибыль для вас не главное. Что для вас главное как для корпорации развития?

– Развитие экономики, рост экспорта и ВВП, повышение качества жизни населения. Единый критерий трудно привести. Мы как раз разработали индекс качества жизни, который будем использовать для оценки актуальности проектов для городов. В городах, где ВЭБ.РФ участвует в финансировании проектов, положительное изменение индекса будет важным индикатором нашего успеха. &

Экономика партнерства

  • Как институты развития создают условия для притока частного капитала
  • Что делать, если нужны большие деньги для больших идей
  • Юрий Корсун: «Главное для нас – вовлечь в проекты максимум денег, чтобы они работали в экономике»
  • Что нужно знать о ВЭБ.РФ

Показать все Новости СМИ2 Отвлекает реклама?  С подпиской 
вы не увидите её на сайте

Источник: vedomosti.ru