У крымских музеев остается возможность обжаловать в Верховном суде Нидерландов решение Апелляционного суда Амстердама, постановившего 26 октября передать скифское золото крымских музеев Украине, говорится в решении суда. События 2014 г., когда Крым был присоединен к России, застали эту выставку, организованную по контракту с Музеем Алларда Пирсона, в Нидерландах, и с тех пор за право обладания экспонатами идет судебная тяжба между крымскими музеями и министерством культуры Украины.

Окружной суд Амстердама в 2016 г. решил, что коллекция должна быть передана Украине, на это решение была подана апелляция крымской стороной. В 2019 г. апелляционным судом было принято промежуточное решение о неприменимости в этом деле конвенции ЮНЕСКО 1970 г. о запрещении незаконного ввоза, вывоза и передачи культурных ценностей, на которую ранее ссылалась Украина.

«Долгожданная победа Украины в суде Амстердама! «Скифское золото» вернется в Украину. Благодарен суду за справедливое решение, а командам Минюста, МИД и Минкультуры Украины за результат. Мы всегда возвращаем свое. Сначала вернем «скифское золото», а затем и Крым», – написал президент Украины Владимир Зеленский в Twitter.

Глава Крыма Сергей Аксенов заявил в своем Telegram-канале, что решение суда «возмутительное, несправедливое и неправовое», но «ожидаемое, учитывая предвзятость европейских судов и их враждебное отношение к России и Крыму». По его мнению, скифское золото найдено в крымской земле, где оно пролежало многие сотни лет, эти ценности являются неотъемлемой частью исторического и культурного наследия Крыма. Борьба за возвращение этих ценностей, по словам Аксенова, должна быть продолжена.

Директор Центрального музея Тавриды Андрей Мальгин заявил «Ведомостям», что большой неожиданностью решение суда не стало, хотя оно и вызывает негативные эмоции. «На наш взгляд, конечно, произошло не что иное, как похищение части крымского культурного наследия. Все это еще и узаконено судебным решением. Возмущают двойные стандарты. С одной стороны, голландцы отдают какие-то вещи, в свое время награбленные ими в Юго-Восточной Азии и в Африке, и вместе с тем передают Киеву объекты культурного наследия Крыма, которые никакого отношения к украинской истории и культуре не имели», – сказал Мальгин. По его словам, потери музея «достаточно существенны». «Это экспонаты, которые находились в музейных витринах, а не в запасниках», – добавил он и сообщил, что юристы изучат вопрос о подаче кассационной жалобы.

Перед нидерландским судом изначально был поставлен непростой вопрос, говорит Дмитрий Горбунов, партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры». С одной стороны, контракт был заключен с музеями, в том числе и крымскими (часть экспонатов, справедливости ради стоит отметить, была направлена из киевских музеев, но их принадлежность предметом спора не является), однако важно понимать, что в большинстве стран, в том числе и в России, и на Украине, музеи сами по себе очень редко являются собственниками экспонатов, они лишь распоряжаются имуществом, переданным им собственником, которым может быть как государство, так и физические и юридические лица, продолжает юрист.

Как правило, и в России, и на Украине государственные музеи являются унитарными предприятиями, т. е. такими организациями, которые в силу своей организационно-правовой формы не владеют имуществом, а лишь распоряжаются теми активами, которые де-юре принадлежат учредителю в лице государства, включая различные образования, входящие в его состав (в том числе регионы), продолжает Горбунов.

Согласно имеющимся в открытых источниках сведениям, контракты, хотя и были заключены с крымскими и киевскими музеями, якобы содержали в себе положение, указывающее на то, что имущество находится в собственности Украины. Таким образом, формально музеи, хотя и распоряжались экспонатами и имели право заключать контракты о зарубежных выставках, ими на правах именно собственности не владели. В таких условиях суд мог принять решение именно в пользу Украины, поскольку на момент заключения договора и передачи экспонатов нидерландскому музею они находились в собственности Украины, говорит юрист.

Однако есть нюанс, который все-таки дает весомый шанс на получение Россией спорных ценностей при дальнейшем оспаривании, указывает Горбунов. Дело в том, что в любом случае страна, претендующая на получение ценностей, должна подтвердить собственные притязания документами, которые бы недвусмысленно указывали на то, что, да, действительно, ценности на момент их передачи для дальнейшего экспонирования находились в собственности не музея, а именно государства.

Специфика постсоветского пространства заключается в том, что в ряде случаев, казалось бы, формальные процедуры постановки музейных экспонатов на учет просто не выполнены или выполнены ненадлежащим образом. То есть может оказаться так, что фактически ценности принадлежат государству, но этот факт нигде и никак не закреплен, в то же время у музея документ о том, что экспонат находится у него на балансе, скорее всего, есть, в противном случае его бы просто не выпустили за границу.

Тут начинается самое интересное, поскольку решение о постановке экспонатов на баланс министерства культуры Украины и изъятии их у крымских музеев было принято только в марте 2014 г., т. е. уже после подписания договоров о выставке. Так могла возникнуть коллизия, в которой единственной стороной, законно распоряжавшейся ценностями и имеющей подтвержденные документами права на них, были именно музеи, заключает юрист.

Ранее по теме: Суд в Нидерландах постановил передать «скифское золото» Украине Обсудить Новости СМИ2 Отвлекает реклама?  Подпишитесь, 
чтобы скрыть её

Источник: vedomosti.ru